27 сентября — Всемирный день туризма. Что же нужно туристу для счастья? Нерль, Волга, Казанка, Кокшага! В Твери, на одном из субботников по благоустройству Комсомольской рощи, я познакомилась с Еленой, которая оказалась не только соседкой по дому, но и человеком, близким мне по интересам. По образованию она — преподаватель русского языка и литературы, а по жизни — байкер. Да-да, байкер, покоритель дорог. Она освоила мотоцикл в возрасте, когда многие из нас только начинают задумываться о том, как провести свой досуг. От её рассказов о поездках на мотоцикле от Твери до Владивостока у меня дух захватывало. И я приговаривала супругу Алексею: «Вот, соседка наша на возраст свой не глядит, колесит по России: и в Карелии побывала, и на Байкале, а мы?» Обдумав, муж решил, что сможем поехать в Татарстан, а я грозилась полдороги быть за рулем. Сказано — сделано!
Наш двенадцатидневный маршрут оказался весьма насыщенным: Тверь — Александров, Боголюбово, Муром (Владимирская область) — Дивеево, Большое Болдино, Нижний Новгород (Нижегородская область) — Чебоксары, Новочебоксарск (Республика Чувашия) — остров-град Свияжск, этнокомплекс «Татар Авылы» в деревне Исаково, Иннополис, Раифа, Казань (Республика Татарстан) — Йошкар-Ола (Республика Марий Эл) — Семёнов, озеро Светлояр село Владимирское, Городец (Нижегородская область) — Палех, Шуя, Плёс (Ивановская область) — Кострома (Костромская область) — Переславль-Залесский (Ярославская область) — Старица. Кругосветка, не иначе! Вердикт Елены был таков: «Красотынасмотритесь!» А нам именно этого и надо!
Чувство вдохновения и трепета зарождается в груди, когда шагаешь по пойменному лугу, а впереди, как изысканная свеча между зеленым и голубым, приближается храм Покрова на Нерли. Находясь в тишине и загадочности святого места, можно посидеть с закрытыми глазами на мостике, где тёплые лучи полуденного солнца светят на старинные кирпичи, отражаются в глади воды, дарят жизнь траве и цветам, добавляют веснушек на лицо… Счастье!
Люблю фотографировать в монастырях вазоны с петунией, бегонией, лобелией, клумбы с яркими и нежными розами в окружении хост и можжевельников. Сколько нужно сил и труда для поддержания цветочного великолепия! В Свято-Троицком Серафимо-Дивеевском женском монастыре, что в Нижегородской области, как положено, приложились к мощам святого Серафима Саровского, имя которого связано с многочисленными чудесными исцелениями. В тот день у меня с самого утра сильно стучало в виске, я мысленно просила заступничества… Прошли по Канавке Божией Матери. Надо было молитву усерднее шептать, но я, как ребёнок, отвлекалась на ухоженные грядки с морковью и капустой, на кусты крыжовника и на то, какие посажены клематисы.
По окончании пути угостились сухариками, освящёнными в чугунке преподобного батюшки Серафима, запивая их монастырской водой. По легенде, священник советовал брать сухарики в моменты уныния или усталости — они помогают подкрепить силы и прогнать тяжёлые мысли. На удивление, боль ушла — как не поверить преданиям?! У часовни монахиня приглашала поработать часок-другой на благо обители. Мы растерялись, не рассчитали время для помощи монастырю… Известно, что Дивеево — это четвёртый удел Пресвятой Богородицы на земле, наравне с грузинской Иверией, Афоном в Греции и Киево-Печерской лаврой в Украине. В Дивееве всегда должно быть красиво и празднично! Но в этот раз мы не смогли потрудиться для этого. Досада…
Дружно вышли на просторы Нижнего Новгорода в 7 утра. Нам нравится дух свободы, ходим одни, без экскурсий, по простой схеме города, взятой из Интернета. Мы хитрые: изучаем карту заранее, читаем о достопримечательностях, намечаем удобный маршрут, чтобы не метаться туда — обратно, не стаптывать пятки, так сказать. Заодно прикидываем, где можно недорого и быстро пообедать. А термос с чаем и бутерброды всегда в рюкзаке. Сфотографировавшись и у Максима Горького, и у Городового, и у Евгения Евстигнеева, и у основателей города Святого великого князя Георгия Всеволодовича и наставника его святителя Симона, в десять утра мы пили чай на высокой горе Нижегородского Кремля, с завораживающим видом на Стрелку, на слияние Оки с Волгой.
Ранним пташкам достаются самые хорошие кадры без толпы туристов вокруг памятников. На Чкаловской лестнице только пара физкультурников тренировалась на ступеньках, бегая вверх-вниз. Лестница была свободна! И днём набережная, по которой мы, не торопясь, шли к Речному порту и к Рождественской (Строгановской) церкви, не была многолюдной. Встретились с нижегородской приятельницей и погуляли в современном парке в честь 800-летия Нижнего Новгорода с впечатляющей панорамой на город и обе реки. Крутой берег Оки продвинутые дизайнеры превратили в зону отдыха и созерцания. Здесь и скамейки, и лежаки, и гамаки, и качели, и телескопы, чтобы смотреть на золотые закаты. Да, лестниц много, подъем длительный, но мы спокойно шли по ступенькам, иногда отдыхали, любуясь видами.
На самой вершине установлен ещё один памятник Максиму Горькому. Тут он сидит, задумчиво смотрит вдаль. Присели и мы рядом. Хорошо сидим! А внизу — синее, зелёное, белое, красное, золотое! Палитра красок, оттенков, фактура материалов, ритм и глубина пространства. Как панно. На одном из реставрируемых зданий на Большой Покровской размещен огромный баннер со словами неизвестного мне автора: «Умение видеть красоту — это уже 50 процентов от счастья». Соглашаюсь!
С высоты колокольни свияжского Богородице-Успенского собора смотрела на бескрайний разлив рек Свияги, Щуки, Секерки. День выдался пасмурным, дождливым. Беспокойные волны плескались у берега внизу. Вода приобрела свинцовый цвет, не летали птицы, не плескалась рыба… Семьдесят лет назад здесь шумел лес, жили своей неторопливой жизнью простые татарские деревеньки. Был ли прав человек, строя на Волге водохранилища и гидростанции? Когда строили, обещали дешёвую электроэнергию и обильное рыбное производство. Но нет ни того, ни другого. Романтика гидротехнического строительства, которая меня вдохновляла в школьные годы, превратилась в щемящую боль от экологических катастроф, вызванных вмешательством человека. Вокруг Свияжска теперь водная гладь озерного типа, сразу и не понять, где какая река. Взгрустнулось… Печаль…
Чтобы поднять настроение, мы устремились на берег Волги, в пригород Казани, в культурный центр «Вселенский храм», посвящённый различным религиям мира. Тут творят художники. Начинал проект Ильдар Ханов, в общей планировке принимал участие сын Николая Рериха — Святослав. У каждой картины, у каждой скульптуры хотелось фотографироваться, вглядываться в лики святых и в глаза женщин (в одном из залов проходила выставка работ И. Ханова «Татарские красавицы»). Любовались витражами, мозаикой, плавностью сводов и лепниной колонн, хотелось рассматривать долго, впитывать взглядом причудливость форм и изысканность красок.
Мы прибыли в столицу Татарстана в день завершения саммита Россия-АСЕАН. Вечером покатались по городу на машине, а на следующий день целью были осмотр Кремля (почти по следам российского Президента), достопримечательностей от театра кукол Экият до набережной Казанки с мостом Миллениум, Центра семьи Казан с подъемом на девятый этаж, на смотровую площадку. Подъем без лифта, по лестнице. Местные называют лестницу — Девять этажей любви. Важна каждая ступенька. Порой тяжеловат путь, но с любовью все преодолимо!
Проехали на метро, построенное в 2005 году, к 1000-летию Казани, отведали татарской кухни: шурпы, губадии, чак-чака. Планы выполнили и перевыполнили. Казань — красива и даже помпезна. Что ни дом, что ни храм — отдельное великолепие и восхищение. Я не приезжала в Казань более 35 лет. Новая встреча оказалась радостной и насыщенной впечатлениями, и погода не подвела — солнце!
Но и этой красоты оказалось мало. Нас ждала Йошкар-Ола, что в переводе с марийского означает Красный город. У Маркелова, у того, кто руководил Марий-Эл в начале двухтысячных годов, имелся свой взгляд на красоту. Он сочинял стихи и писал: «Среди стального бытия о красоте мечтаю я!..» С удивлением, с улыбкой глядели на красные здания с зелеными крышами на реке Кокшаге. Тут и московская Спасская башня, и венецианский Дворец дожей, и бельгийская набережная Брюгге, и дома в стиле строений в Амстердаме, и почти что замок Нойшванштайн в Германии. Кто-то называет Йошкар-Олу городом-декорацией, кто-то пародией на Венецию в стиле китайского Диснейленда. Но город наполнился туристами — это факт.
Осматривали марийские новоделы с любопытством. Запечатлелись и на их фоне, и у жанровой скульптуры «Пушкин и Онегин», и у Йошкина Кота, затем направились в парк, где поучаствовали в митинге (был День памяти и скорби — 22 июня), возложили цветы к Вечному Огню. Некоторые горожане припадали к святыне на колени и плакали. Память о защитниках Отечества живет и будет вечной!
Миновав Семёнов, Городец, Палех и Шую, побродив по милым городкам, возвращались домой через Плёс с его левитановскими пейзажами, горой с названием Свобода и кувшинками в волжской воде. Город небольшой, застроен плотными рядами домиков, они карабкаются от узкой набережной вверх. С интересом посетили музей Исаака Левитана, где бережно сохраняются его личные вещи. Сейчас говорят, что Плёс прославил Левитана, а Левитан прославил Плёс. Да, к причалу то и дело швартуются туристические лайнеры.
Художник здесь учился не просто копировать увиденное, а передавать особое настроение. Передалось особое настроение и нам, ведь собственная фотосессия оказалась классной. Возможно, над Плёсом сама природа, как профессиональный светотехник, настольно удачно смонтировала освещение, что каждый фотоснимок смотрится как картина. Картина маслом!
Слова Елены сбылись. Так и вышло, красоты насмотрелись! И успели заглянуть (хотя бы на день или на несколько часов) в притягательные места вокруг красивых российских рек: Волги, Оки, Нерли, Казанки, Малой Кокшаги. Ехали мимо загадочных муромских лесов, трогали серо-голубой песок нижегородского Поветлужья, прогулялись в тени вековых деревьев в пушкинском Болдине, рассматривали вышитую карту России в чебоксарском музее, погладили коней и пятнистых оленей в этнокомплексе «Татар Авылы», поискали роботов-доставщиков в Иннополисе (в одном из самых высокотехнологичных городов страны), искупались в озере Светлояр, которое по легенде своими водами скрыло град Китеж от монгольского хана Батыя, купили полотенца из льна и крапивы в Костроме, загадали желание у Синь-камня на Плещеевом озере и вернулись к родным волжским валам, заросшим куманикой и чабрецом, на старицкое Городище с навсегда впечатанной в сердце панорамой. Всё это — счастье туриста!
Сердце замирало от восторга в тех местах, где видели невыдуманное, гармоничное. «Самая высшая красота там, где встречаются две природы — естественная и созданная человеком», — так писал Максим Горький. И он прав!
Источник: Газета Старицкий Вестник